1% вируса, 99% капитализма. Заметки о пандемии и кризисе. Часть 2


То, какой глубокий кризис спровоцировала пандемия, показывает неустойчивость капитализма в наши дни. Сравнительно небольшой толчок в виде карантинных мер на 2-3 месяца пошатнул устойчивость казалось бы незыблемого и растущего гиганта и вызвал жуткую панику правящего класса. Но такая ситуация не должна удивлять при знакомстве с марксистской теорией.


Капиталистическое предприятие существует не для того, чтобы обеспечивать потребности людей, а для производства прибавочной стоимости. Деньги, затраченные на производство товара, возвращаются обратно в виде денег, полученных от продажи товара по формуле обращения Д — Т — Д*. Созданная работником стоимость разделяется в некоторой пропорции между ним и капиталистическим классом, в который помимо владельца производства входят представители торгового капитала, владельцы ценных бумаг, кредиторы, арендодатели, и другие лица. Чтобы существовать, капиталу требуется непрерывное производство и непрерывное обращение товаров и денег, это составляет его жизненную необходимость. Любая заминка на этом пути может быть крайне опасна. Поэтому необходимость карантинных мер вызывает такую панику.


В самом деле, если бы производство в обществе было ориентировано на обеспечение потребностей людей, то к чему такому ужасному могла бы привести такая всеобщая двух-трехмесячная заминка? Касательно большинства продуктов, общество бы только проело часть накопленных запасов. Если запасы были скудны или есть необходимость в непрерывном производстве, то такое производство с очевидностью не стали бы останавливать. В части продуктов пришлось бы временно сократить их потребление. Большинство услуг бы остановилось на время и также спокойно их можно было бы восстановить после окончания карантина. Если отель будет пустовать несколько месяцев, то потом в него все также можно будет заселиться. Если самолет простоит полгода в ангаре, подвергаясь всей необходимой технической профилактике, то он не разучится летать. Часть долгосрочных проектов затянут сроки сдачи, но не могут быть отменены. С учетом того, что карантин вводится и отменяется во всех городах и странах не одновременно, общественному производству ничего бы не угрожало.


Совсем другое дело, если производство носит капиталистический характер. Работник нуждается в продаже своей рабочей силы ради существования каждый месяц. Даже если у кого-то и есть накопления, то они скудны и их потеря может сказаться катастрофически. А множество работников помимо расходов на питание и насущные потребности, связаны оплатой кредитов, аренды. Капиталист нуждается в непрерывном сбыте своих товаров и поступлении средств от продажи — для выплаты зарплаты, долгов, арендной платы и личного потребления. Всевозможные арендаторы и кредиторы также нуждаются в поступлении средств для оплаты своего потребления и своих счетов. Любая приостановка производства или обращения в одном месте будет бить по огромному количеству людей повсюду.

Чем более развитым является капитализм, тем более связанной является вся эта цепочка, тем более непрерывная гребля работников, чтобы поддерживать на волнах эту лодку, в которой «плывут все» (одни, впрочем, в поте лица, другие, прохлаждаясь на солнышке). Поэтому разрыв любого из звеньев цепи является катастрофой. Что говорить о том, когда в мировом производстве поочередно происходит множество разрывов.


Капитализм нуждается не только в поддержании непрерывности производства и сбыта товаров, но и в постоянном расширении, увеличении объемов производимой продукции. Но рост объемов производимой продукции не приводит к такому же успешному росту способности населения покупать всю эту продукцию, так что наблюдается перепроизводство. В тот или иной момент расширение производства встает в противоречие с теми или иными условиями самого производства или внешними по отношению к нему. Остановка расширения, тем более, как нынче, необходимость сужения, провоцирует кризис. Даже если заминка происходит в одной отрасли или стране, за ними по цепочке следуют остальные.


Казалось бы, более развитое общество должно быть более устойчивым к кризисам. Но чем более развитым является капиталистическое общество, тем больше взаимосвязаны его элементы, тем больше оно подвержено кризисам, и тем глубже становятся происходящие кризисы. Нет какой-то страны, отрасли, предприятия, которые смогли бы избежать влияние кризисов. Противоречие между общественным характером производства и частным характером присвоения становится тем глубже и сильнее, чем в большей мере производство является общественным.


Учитывая циклический характер экономики, кризис наступил бы и без возникновения пандемии, хотя возможно, его течение приняло бы другой характер. И уж точно другим была бы идеологическая аргументация правящего класса. Многочисленные исследователи предсказывали кризис в 2020-м году, например группа RobinGoodFellow прогнозировала наступление кризиса во втором квартале этого года, то есть собственно когда он и разразился(10).


Итак, хотя необходимость в замедлении производства является временной, но препятствие на пути стремления капитала к расширению наряду с перепроизводством вызывает масштабный обвал экономики. Мы видели сначала спровоцированное кризисом чудовищное падение цен на нефть — в этом абсурдность нынешней формы капитализма, «черное золото», которое еще недавно стоило очень дорого, опускалось в цене до отрицательных величин, когда даже просто хранить его было не выгодно. Падения акций различных компаний, рост безработицы — все это вызвано не карантинными мерами, а противоречиями капиталистического производства. Громадные средства, выделяющиеся многими правительствами на борьбу с кризисом и поддержку предприятий и граждан, не сильно помогают справляться с крупнейшим обвалом.


Но если пандемия и карантинные меры спровоцировали очень быстрое падение, то не следует ждать такого же быстрого восстановления после окончания пандемии. Карантин будут снимать постепенно, международные перемещения в том же объеме вернутся не раньше следующего года, возможна вторая и даже третья волна заболевания. Но помимо факторов самой болезни стоит ожидать череду банкроств, невыплат по долгам, сокращения покупательной способности населения из-за массовой безработицы, которые потянут за собой другие предприятия, которые смогли выдержать карантин и страны, которые не сильно пострадали от заболевания. Вполне вероятна вторая волна кризиса, уже чисто экономического характера, хотя прогноз того, какова в точности будет динамика кризиса и восстановления, требует более детального анализа.


Более долгосрочные изменения общества могут быть совершенно разного характера, есть потенциал как для отрицательных, так и для положительных явлений. Это во многом зависит от продолжительности пандемии, от того, насколько прочно мероприятия по социальной изоляции войдут в жизнь — чем на больший срок будет растянута пандемия, чем больше у нее будет новых волн, чем позднее будет готова к массовому применению вакцина, тем больше будет влияния на экономику и социальную жизнь. В случае быстрого завершения пандемии, она будет воспринято как просто временный кризис и все рано или поздно вернется к тому что было раньше, в случае же продолжительной пандемии к разного рода мерам карантина и социального дистанцирования люди привыкнут, и те начнут входить в жизнь как новая норма. Мы также должны учитывать влияние страхов людей перед новыми пандемиями, вполне не безосновательных. Какие могут быть изменения?


С учетом низкого среднего возраста, болезнь затронет бедные и слабо индустриальные страны в меньшей степени. И хотя медицина в таких странах обычно хуже, скорость распространения болезни тоже снижается из-за меньшей частоты контактов между людьми (опасные исключения — потогонные производства и разного рода фавелы). Поэтому пока мы не видим больших проблем в африканских странах, тем более что на фоне других эпидемий, с которыми часто приходится сталкиваться этим странам, COVID-19 является довольно легким заболеванием. Поэтому продолжительные изменения, которые произойдут в этих странах, будут связаны больше не с эпидемией, а с экономикой - сокращением мирового спроса на производимые товары, потерями туристической индустрии. Глубокий кризис в Европе и США может привести к уменьшению оттока мигрантов и уменьшению поступлений домой от мигрировавших людей. ООН уже прогнозирует массовый голод, помимо этого можно ожидать и безработицу, обнищание, еще более сильное, чем в богатых странах. Учитывая все эти проблемы, можно ожидать и волну массовых протестов, гораздо большую, чем та, что была спровоцирована кризисом 2008 года.


Какие-то специфические изменения вызванные пандемией могут произойти в индустриально развитых странах. Хотя пандемия и оказалась препятствием на пути расширения капитала, в долгосрочной перспективе восстановление экономики сможет сосредоточиться в других областях, которые могут существовать и в условиях пандемии. Высокотехнологичное производство зачастую не требует присутствия большого количества сотрудников, многими процессами можно управлять дистанционно, контроль за работой находящихся сотрудников тоже может быть по большей части дистанционным. Можно ожидать роста инвестиций в технологии, связанные с бесконтактной доставкой, вроде дронов доставки, а также беспилотные и автоматизированные средства транспорта. Вероятен огромный рост всего, что связано с интернетом, онлайн коммуникациями и онлайн активностью. Правда, учитывая глубину кризиса капиталистической экономики, внедрение этих технологий может оказаться под большим вопросом на долгие годы.


Наибольший спрос на все, что дает возможности социальной изоляции, предъявят представители правящего класса. Это могут быть изолированные дома, способные поддерживать самообеспечение (возможно, в том числе обеспечение едой и электроэнергией, а также автоматизирующие быт чтобы не контактировать с прислугой), находящиеся вне мегаполисов. Также это могут быть индивидуальные летательные средства, вроде уже созданных, но пока мало используемых дронов такси(11) — появится потребность в более быстрых перемещениях, чем на автомобиле. Богатые классы не захотят отказываться от туризма и других услуг и предъявят спрос на автоматизированные отели и другие места сферы развлечений. В целом, можно ожидать появления клубов, кафе, ресторанов, в которых богатые смогли бы дистанцироваться от масс еще в большей мере, чем ранее. Хотелось бы надеяться, что чем больше правящий класс дистанцируется от мира, тем легче он утратит свой контроль за происходящими в мире процессами, и тем легче будет его свергнуть.


Можно ожидать, что средние классы тоже будут в какой-то мере вводить в свою жизнь элементы социального дистанцирования, хотя и не смогут поспевать за богатыми. Бедное население не сможет вносить какие-то изменения в сторону социального дистанцирования в свою жизнь (кроме разве что потребления онлайн сервисов вместо оффлайн), и все изменения в жизни будут зависеть от инициативы правительств и руководства предприятий.


Уже сейчас начался массовый переход на удаленную работу, и хотя после окончания пика пандемии большинство предприятий планирует все вернуть, но в какой-то мере это станет привычным для многих рабочих мест. К тому же, часть предприятий, которые не смогли перейти на удалённую работу в быстрые сроки, могут подготовить возможность перехода в течение более длительного времени, введя подходящие для этого технологии.


Несмотря на то, что удаленка не требует затрат времени на поездку на работу, она может оказаться не облегчением, а ударом по многим работникам. Многие предприятия начнут использовать средства дистанционного контроля за работником, что будет означать большее вторжение в личную жизнь. Помимо этого, начальство может привлечь сотрудников к работе практически в любое время, что усиливает уровень эксплуатации. Всевозможные видеоконференции во время работы также утомляют сильнее ,чем личные встречи. Для комфортной удаленной работы также требуется больше пространства в доме на одного человека — это может стать еще одним предлогом для давления со стороны бизнеса на работников. Работникам вероятно придется искать более просторное жилье, что с учетом дороговизны ипотеки и аренды жилья, будет означать большую зависимость от нанимателей и снижение уровня жизни в других сферах. Возможность поиска работников не в одном городе, а во всей стране, а то и в мире, облегчает давление нанимателей на сотрудников.


Переход образования, медицины, социальной сферы в онлайн имеет риск понижения качества услуг при большей нагрузке на работника. Необходимость самостоятельно готовить, следить за состоянием рабочей техники, больше времени присматривать за детьми, которые до того были в садах и школах, помогать им с обучением — все это также приводит к росту нагрузки на работников (женщины здесь традиционно в худших условиях).


Все идет к тому, что начальство будет требовать от своих подчиненных такой же «личной эффективности», производительности, при удаленке, как и в офисах, что невозможно по многим причинам, и будет приводить к большей усталости со стороны сотрудников, росту случаев выгорания, депрессии и других ментальных расстройств.


С другой стороны, удаленная работа может объединять сотрудников из разных городов, регионов и даже стран в одном коллективе. Это помогает многим понять общий характер проблем у людей в разных странах, ведет к некоторому интернациональному сближению. Это может облегчить протестную активность, объединяя большое количество людей в разных городах и странах. Удаленная работа пока все еще означает гораздо меньший контроль начальства за тем, что делает сотрудник на своем рабочем месте. Зачастую такая работа может быть менее напряженной психологически, чем работа в опенспейсах, где люди набиты как сельди в бочке. Она требует большей самостоятельности и организованности от сотрудника, а значит, большей психологической независимости от руководства. Отсутствие всяческих корпоративных «мотивационных» мероприятий, промывающих сотрудникам мозг, также идет на пользу независимости работников.


Удаленная работа и ее условия — поле, на котором может разгораться противостояние труда и капитала, и многое зависит от того, что смогут выбить сотрудники. Приведет ли такая форма занятости к облегчению труда или к его интенсификации, к большему или меньшему контролю со стороны нанимателей, зависит от того, готовы ли люди будут требовать своего и бороться за эти требования.


Давление на сотрудников, работающих не удаленно тоже растет. Некоторые банки уже перевели часть сотрудников на постоянное нахождение на рабочем месте (12). Если такая практика распространится, то она сильно ударит по наемным работникам всех отраслей. По сути, это означает полную ликвидацию личной жизни многих людей, фактическую отмену восьмичасового дня и постоянное вторжение нанимателя в жизнь сотрудника. Судя по утверждениям, «сотрудники добровольно пошли на переезд в офис за повышенные выплаты», но вслед за подкупом могут начать использоваться и другие меры. Такие поползновения должны получить максимальный отпор со стороны работников, или это будет огромным поражением для всех трудящихся.


Многие работники, рабочие места которых сохранились и не были переведены на удаленку, оказываются в худших условиях. Из-за роста безработицы, разорения предприятий, у начальства появились дополнительные рычаги давления на сотрудников, так что предприятия могут высасывать из работников еще больше соков, чем раньше. Особенно это касается тех предприятий, на услуги которых вырос спрос, как например на Amazon, откуда даже уволился один из руководителей Тим Брей, посчитавший отношение компании к сотрудникам слишком жестоким. Но надо понимать, что на одного директора, имеющего какую-то совесть, приходится десять, готовых на все ради карьерного роста, и еще множество, метящих на его место, так что надеяться на смягчение отношения топ-менеджмента к подчиненным было бы крайне наивным. И если в Amazon ввиду известности бренда скандал с отношением к работникам стал достоянием общественности, то на многих не очень больших и малоизвестных предприятиях, ужесточение отношения к работникам будет незаметно для массовой публики.


Выше мы уже писали о полицейских карантинных мерах. Надо понимать, что хотя их введение и было спровоцировано пандемией, тенденция к их введению наблюдалась давно. Не будь пандемии, нашелся бы другой повод, например, массовые протесты или борьба с какой-нибудь социальной язвой, чтобы ввести такой контроль, или его бы вводили медленными шажками и без повода. Более того, подобного рода меры уже приводились в действие в той или иной мере в отдельных регионах, полицейщина била по национальным меньшинствам или иммигрантам, и в какой-то мере для привилегированных слоев населения даже полезно было бы испытать на своей шкуре подобное обращение, чтобы проникнуться пониманием к более угнетенным группам, испытывающим его постоянно. Впрочем, можно не сомневаться, что после окончания пандемии, значительную часть мер не отменят, а часть хотя и показательно отменят, но будут готовы ввести в любой момент снова. Учитывая рост безработицы и недовольства населения, правительство будет опасаться массовых протестов, и значит предпримет все возможное, чтобы убедить население остаться в «цифровом ошейнике». Хуже всего будет, если государству удастся приучить людей и сделать такие меры привычными для большинства народа. К счастью, большая часть населения явно недовольна подобного рода мерами, и можно надеяться на обострение борьбы с электронной полицейщиной.


Хотя казалось бы, пандемия должна быть предупреждением для государства, что не стоит разрушать медицинскую и социальную сферу, но скорее всего без должного давления на фоне кризиса буржуазные правительства продолжат это разрушение, экономию и оптимизацию расходов. Даже если сейчас где-то идут активные вливания средств в медицину, все это может закончиться, т. к. правительство скажет, что-нибудь в духе «нет денег, они все ушли на борьбу с пандемией и кризисом» и продолжит наступление на общественную сферу. Если сейчас и идет активная разработка вакцины от COVID-19, то в долгосрочной перспективе это может сказаться на замедлении разработок лекарств от других болезней.


Карантинные меры привели к сокращению выбросов вредных веществ над городами, появлялись сообщения о том, как очищаются моря, а животные появляются в городах. Но конечно, наивно было бы ожидать каких-то экологических улучшений в результате пандемии. Как только появится такая возможность, и интенсивность производства вернется к старому уровню, и вместе с ней вся загрязненность. Снижение цен на нефть может привести к более расточительному ее сжиганию. Самоизоляция заставляет людей активнее пользоваться личным, а не общественным транспортом, что тоже увеличивает загрязнения. Какие-то долгосрочные улучшения в защите окружающей среды могут произойти только при изменении способа производства.


Положительные последствия пандемии можно проследить в массовых настроениях людей. Уже сейчас многие представители правящего класса, правительств, дискредитировали себя своими высказываниями и действиями. Кризис гораздо лучше вскрывает классовые противоречия, существующие в жизни. Элиты неприкрыто показывают свой людоедский характер, свое социал-дарвинистское презрение к массам людей. В то же время, героями дня становятся простые люди, борющиеся с последствиями пандемии — работники медицины, сфер обслуживания, доставки. Уже до пандемии молодое поколение проявляло меньше цинизма и индивидуализма, чем старшие поколения, активно участвуя в общественной жизни. И даже участие в самоизоляции (в данном случае, именно добровольной, а не навязанной государством «самоизоляции») в какой-то мере было общественным действием — без запретительных мер это требует сознательности и определенной выдержки от участников – прежде всего именно со стороны молодежи, в то время как старшее поколение до последнего отрицало какую-то угрозу, и продолжает отрицать и сейчас.


Кризис, рост безработицы, сокращение доходов, конфликты с полицией и государством из-за принудительных мер по «самоизоляции», недееспособность буржуазного государства в борьбе с пандемией и кризисом, отсутствие или недостаток социальной поддержки — все это может привести как к массовому разочарованию и пассивности, так и к росту протестных настроений и действий. Хочется надеяться, что все происходящее не подрежет крылья росшей до кризиса социальной активности, а напротив, придаст больше энергии и радикализма. Сейчас уже начались протестные выступления связанные с кризисом, но для большей активности людям надо прийти в себя и организоваться, что требует какого-то времени.


10)См:

https://postcap.noblogs.org/files/2019/11/%D0%BA%D1%80%D0%B8%D0%B7%D0%B8%D1%81%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D1%86%D0%B8%D0%BA%D0%BB-%D0%B2-%D1%81%D1%88%D0%B0-%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D1%8C-12.pdf

и

https://postcap.noblogs.org/archives/777

11)Например https://www.youtube.com/watch?v=u9Ggg6SsL18

12)https://www.forbes.ru/newsroom/biznes/399147-sovkombank-perevel-chast-sotrudnikov-na-rabotu-s-prozhivaniem-v-ofise

Просмотров: 1